May 17th, 2010

afrika

Похвальное слово Англии

Заметил я знаете ли вот какую вещь. Поскреби адепта «союза с наполеоновской  Францией» - и непременно увидишь записного англофоба. Что ж удивительного, спросите вы, ведь бонапартист и обязан быть англофобом?! Верно, но дело в том, что 99% англофобов меньше всего исходят из исторических реальностей наполеоновского времени. Они смотрят в книгу по наполеонике, а видят…   совершенно другие времена.

В самом легком варианте - Крымскую войну. Мол, если бы не додавили тогда Наполеона,  не было бы и «севастопольской страды». Бывает, что на Англию начала XIX века экстраполируются нынешние антиамериканские эмоции, благо - англосаксы. Ну и, наконец, самая радикальная группа – это верующие в теорию «английского заговора» против России, плетущегося с незапамятных времен и успешно реализованного в феврале 1917-го. Понятно, что для адептов таких теорий  уничтожение Англии является sine qua non выживания Российской империи.

Между тем англофобия, как и любая «фобия», изрядно сушит мозг и мешает увидеть очевидное: интересы России и Англии – эти двух окраинных государств Европы – совпадают нечасто, но если уж совпадают, то в главном. Обеим невыгодно появление в Европе доминирующего государства-гегемона. Так было в 1800-х, так было в 1900-х и 1940-х.

Из всех квалифицирующих признаков державы-гегемона я вычленю самое для нас принципиальное: такая держава способна в одиночку заехать нам в дыню и загнать обратно «в азиатские степи» (увы, с появлением такой державы как правило растет и число сторонников взгляда на русских как на «скифов»). Само возникновение такой державы гегемона уже является смертельной опасностью для России, поскольку вне зависимости от наличия\отсутствия с ней договорных отношений, опасность удара присутствует всегда. И она не всегда при этом просчитываема банальной политической  логикой. (Характерный пример – 1941 г.)

В новой истории России таких держав было две – Франция и Германия. (Если смотреть  «до Рюрика» включительно, я бы добавил еще и Орду  - впрочем, возможно, более знающие этот период товарищи меня поправят).

И когда англофобы начинают блажить: стойте, не убивайте Наполеона, а то его место займет Англия – мне смешно, ей богу. Назовите мне тот год и день, когда Англия была способна вот так вот одна начать с нами большую войну? Такую, знаете ли, серьезную заваруху на западной границе, чтоб чертям тошно стало. Чтоб нанести неприемлимый ущерб.   

 

 

Collapse )