gaivor (gaivor) wrote,
gaivor
gaivor

Categories:

"Приятный человек с артистическими замашками"

В декабре 1938 года на обложку Time попал югославский принц-регент Павел с прямо таки пророческой подписью «Если бы у меня было больше времени…»

 

Павел Карагеоргиевич традиционно пишется у нас «прогермански настроенным» - из-за присоединения Югославии к Тройственному пакту 25 марта 1941 года. Оставляя за скобками симпатии и настроения человека, родившегося в Петербурге и учившегося в Оксфорде, стоит все же заметить, что именно при Павле Югославия, наконец, установила дипотношения с СССР, став таким образом последней страной в Европе, признавшей Москву.  И сразу после этого югославы запросили у Сталина оружие, причем, как докладывал начальник разведупра Генштаба Голиков: «…высказывают согласие о закупке даже нескольких устаревших образцов вооружения. Условия оплаты за поставки согласны принять любые, в частности, согласны платить золотом и медной рудой».  Тогда Москва обещала «подумать», но думала долго – аж до переворота Симовича 27 марта 1941-го, а там уже нам «не хватило времени».

 

 

Что до подписание пакта с Гитлером, то Павел как никак сумел выговорить неучастие Югославии в войне на стороне Оси - даже в виде транзита войск (в Швеции, например, по ультимативному требованию короля кабинет вынужден был транзит разрешить). Неизвестно, как долго Югославия могла бы отстаивать такие льготные условия. Но с другой стороны, правительство Симович сразу предложило Сталину союз и военные базы Красной армии в Югославии, на любых условиях, «вплоть до некоторых социальных изменений, осуществленных в СССР». Если отвлечься от нашего послезнания о дальнейших событиях, приведших СССР в антигитлеровскую коалицию, то такое предложение в марте-апреле 1941-го не есть ли еще большее ущемление суверенитета?   

Вообще принц Павел, которого Черчилль несколько пренебрежительно назвал в мемуарах «приятным человеком с артистическими замашками» выглядит куда более тонким и сильным политиком, чем может показаться. Взять «Спразум» - соглашение с хорватской оппозицией о предоставлении Хорватии автономии  августе 1939-го. Это через полгода после того, как немцы воспользовались бунтом аналогичной словацкой автономии для ликвидации Чехо-Словакии. Риск? Еще какой! Но риск оправдал себя - в апреле 1941-го лидер «легальных» хорватов Мачек отклонил предложения немцев повторить словацкий сценарий марта-39.

Вряд ли принц-регент не знал о готовящемся заговоре Симовича, если уж о нем за двое суток до путча знал германский посол (а за 12 часов до – и фамилию будущего премьера). Но спорить с собственным народом, скандировавшим «Bolje rat nego pact» (Лучше война, чем пакт) и «Nema rata bez Srba» (Нет войны без сербов) – не стал. Сел в поезд и отправился в свое имение. Известие о перевороте настало его в Загребе. Переговорив с Белградом по телефону, он тут же отправился к английскому консулу на предмет отъезда в Грецию, состоявшемся через сутки – это к слову о прогерманских симпатиях (югославское радио, впрочем, сообщило гражданам, что принц отправился в прямо противоположном направлении – к немцам).

Такой вот непростой человек рулил Югославией с 1934 года и должен был рулить до сентября 1941-го, пока молодой король Петр не стал бы совершеннолетним. Интересно, какой был бы Югославия сегодня, если бы ему «хватило времени»? Просто есть мнение, что именно создание по итогам событий апреля 1941-го Независимого государства Хорватия сделало совместное проживание сербов и хорватов в одной стране невозможным в принципе, а харизма Тито лишь отсрочила неизбежный шумный развод.  

Tags: Балканы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments